Не обошлось и без охотников из Южной Африки. Так вдохновением послужила книга «Die Trekgees» за авторством J. Albert Coetzee, которого нарративные дизайнеры Hunt: Showdown взяли в оборот, придумав однофамильца.

В «Книге оружия» имеется интервью, проведенное членом ААО, с охотником Леандером Кётзи (Leander Coetzee). Дата проведения опроса затерта.

1/4

ФОРМА C — ТЕКСТ ИНТЕРВЬЮ
ШТАТ Луизиана
ИМЯ РАБОТНИКА Леандер Кётзи
АДРЕС Не указан
ТЕМА Бур в Новом Орлеане

Мой отец говорил, что в нас кровь пионеров. Сильных и крепких. Но во мне было также что-то от земли. Может быть, это то, что должно быть в крови пионера. Когда вы живете на краю цивилизованного мира, у вас нет времени беспокоиться об утонченности. Тем не менее, я не чувствовал, что был на краю мира. Может быть, между двумя. Мои отцы и мои матери. До того, как мы начали бороться за независимость это так не ощущалось [речь, возможно идет о первой англо-бурской войне 1880-1881].

Цветение акации означало весну и этой весной мы отправились на войну. Я купил прекрасную швейцарскую винтовку. Vetterli. Скользящий затвор опережает все мечтания самого опытного стрелка, можно стрелять из положения лежа, а не только из положения стоя. Мы попали в засаду красных мундиров, земля скрывала нас, а их уничтожала, когда они пытались объединиться в ряды. Окровавленные дураки. Яркие мундиры — легкие цели. Пули, попадающие в камни, кустарник и тела. Легкая война.

В те времена, когда уитландцы поселились, мой отец выступил против политики Крюгера [президент Южно-Африканской республики в 1883—1900 годах]. Казалось, еще одна война была неизбежна. Я был вне политики. Моей профессией стала охота. Охота на крупную дичь. Британцы часто были моими клиентами на сафари. Война же сделала меня бедным. И однажды я пролил кровь за республику. У меня есть штыковая рана на плече. У меня нет любви к фронтиру.

Мы называем это трекги (trekgee). Желание побродить. Я продал свою ферму, мое оружие и направился в Порт-Элизабет, чтобы сесть на судно. Я прибыл сюда с немногими вещами помимо моих Vetterli и Nitro Express. Новый Орлеан был чудом, на первый взгляд. Улицы с бесконечными террасами, широкими верандами, кишащими людьми. Все это оставило у меня неприятный привкус. Я хотел отправиться на Запад, но сначала мне нужно было поднакопить. Я продал Nitro Express за несколько долларов, но не смог расстаться с военной винтовкой.

Мне потребовался день, чтобы найти работу охотником. Я думал, что мне повезло, что моя профессия была востребована. Я не знал тогда, что значит Охота.

Винтовка Nitro Express Rifle

Винтовка Nitro Express Rifle

2/4

Первая ночь. Человек по имени Самсон предложил мне работу. Трое из нас плыли на плоскодонной лодке к середине большого озера. Черное небо нависало над нами. Он светил лампой. Озеро было в корягах. То, что я принял сперва за коряги. Одна из них оказалась на свету. Он погасил лампу. Я спросил его, были ли это крокодилы. Аллигаторы, сказал он, и велел мне стрелять туда, где он светил лампой.

Он светил, а я стрелял. Он выключал свет, и я стрелял. Другой мужчина занимался тем же. Свет никогда не включался дольше, чем нужно было для прицеливания винтовкой. Никогда не дольше, чем я тратил время на перезарядку. Мы медленно кружили по озеру. Небо становилось все ярче, вода темнее, а облако черного порохового дыма висело в воздухе.

Я повредил руку от непрерывной работы с затвором винтовки. Помню, как сделал паузу, чтобы перевязать ее. Я впервые увидел освещенную поверхность воды. Ночная работа. Труп лицом вниз в воде. Совсем не аллигатор. Я вскочил, раскачивая лодку. Поверхность озера была покрыта трупами. Людьми, которых я убил.

Я в последний раз передернул затвор и нацелился на Самсона. Он был спокоен. Я кричал на него, понимая что я наделал, плакал, умолял. Он объяснил.

В ту ночь я снова стал Охотником. Мы провели ритуал, все еще плывя по поверхности озера, покрытого огромным количеством трупов. Не успел я провести и двух ночей в Америке, где у меня не было ничего, кроме старой военной винтовки, как снова нашел себе место.

Описанная сцена показывает работу чистильщиков, которые не давали Прихвостням перейти озеро, т.е. работа по сдерживанию их распространения.

Прихвостни в Hunt: Showdown

Прихвостни в Hunt: Showdown

В лодке был проведен некий ритуал инициации, который безусловно должен был отличаться от ритуала, проведенного в тюрьме с Расселлом Чемберсом, что наводит на мысли о различных уровнях посвящения. Не всем охотникам нужна способность работать с разломами и выслеживать боссов, кто-то должен делать и «простую» работу чистильщика.

3/4

Самсон сразу же доверился мне. Лето было в разгаре и мы оба работали в доках, находили голодающих и приводили их на службу. Мы обучили их обращению с огнестрельным оружием, предупредили их об опасностях и отправили в болото. Одна вещь, которую я никогда не мог пережить, это штык.

Рана на моем плече болела каждый раз, когда мы обучали рекрутов штыковому бою. На войне я никогда этого не делал. Но я однажды оказался на его острие. Я был ребенком, лежал на спине. Огромный британец стоял надо мной, ввинчивая в меня свою винтовку. Мое плечо раскололось на две части. Штыковой упор прижался к моему телу.

Мы встретили Прихвостней. Они бросались на нас, разбрасывая личинки со своих ран. Мы привязали их к деревьям. Новобранцы убивали их, выкрикивая военный клич. Я всегда вздрагивал, когда они били штыками. Если бы они были более человечны, они бы кричали, а внутри я всегда кричал.

Новобранцы были с головы до ног покрыты кровью и личинками. Один парень заразился от этого. Мы привязали его тоже. Другой пришел в ярость, нанося удары Прихвостню под сотню раз до тех пор, пока его голова не превратилась в месиво.

Меня никогда не обучали этому. Я никогда не мог выбросить это из своей памяти. Но я всегда держу штык исправным. Единственный раз, когда я использовал его, связан с несчастным случаем. Самсон пропал, я отправился за ним. В старый дом. В темноте один из бронированных атаковал меня. Я поднял винтовку и держал ее крепко. Ударил Бронированного и штык вошел в него по рукоять. Я держал винтовку крепко и ровно, так как он бросался на меня и пытался ухватить, но не мог достать. Толкал. Он скользил по половицам до тех пор, пока приклад моей Vetterli не уперся о стену. Бронированный все еще цеплялся за меня, глубже нанизываясь на штык.

Зажатый между стеной и бронёй, я передернул затвор. Первый выстрел расколол уже разбитую броню. Бронированный застонал и наклонился ближе, его голова скрежетала, глядя на меня. Я узнал его. Самсон. Я продолжил стрелять.

Тяжелые будни рекрутинга и обучения новобранцев. Прихвостни разносят инфекцию. Возможно обращение людей в Бронированных, как в случае с Самсоном. Не он был первым, не он будет последним.

Легендарное оружие Pioneer`s Blood (Vetterli 71 Karabiner) в Hunt: Showdown

Легендарное оружие Леандера Кётзи — Pioneer`s Blood (Vetterli 71 Karabiner) в Hunt: Showdown

4/4

После этого я потерял вкус к насилию. С меня довольно. Пытаюсь вспомнить, но я не потерял след конкретных событий. Мы все сделали. Добраться к B, из B к C, из C к D, но D возвращает нас к B. Тогда в B происходит то же, что и раньше, но вы в конечном итоге на A. Имеет ли это смысл? Я так не думаю. Вы не можете доверять тому, что кто-то говорит или помнит. Нет способа узнать, как долго это продолжалось.

Я взял на себя обязанности Самсона. Я обучал их сам. Но, как я уже сказал, у меня не было сил для насилия. Я начал стрелять издалека. Я не хотел видеть глаза тех, кого убивал. Я не был в этом идеален, пытаясь остановить мертвых. Тогда я понял, что их нельзя остановить. А деньги, деньги Финча, для меня ничего не значат. Это были рекруты? Часть меня чувствовала ответственность за их безопасность. Но самым безопасным для них было бы купить им билет из Луизианы. Так что я на самом деле не заботился о них.

Позже я узнал, что это был Виктор. Я не понял, почему он выстрелил в нас, но он это сделал. И мы боролись. Его Sparks против моего Vetterli. Он убил моих людей сразу, одним выстрелом обоих. Помню, мне нужно было сократить расстояние между нами. Это было снова похоже на войну, бег от укрытия к укрытию. Считая секунды, он перезаряжал свою однозарядную винтовку. Я не думаю, что он ожидал этого. Его оружие использовалось для убийства больных и уязвимых. Мы слышали о пациентах. Не могу сказать, что хотел отомстить, но не упустил бы шанс.

Дым от выстрелов выдавал его. Черный порох. Мой тоже. Старые винтовки, подходящие друг другу. Он засел на верхнем этаже старого дома. Я среди кустов, грязи и камней. Я расстрелял все окна пока добрался до него. Я приткнул штык, вошел, а бронированный с лицом Самсона напал на меня. Из А в B, из С в B.

Бронированные в Hunt: Showdown

Бронированные в Hunt: Showdown

Самсон был связан с координатором от ААО Элвудом Финчем, последний готовил охотников из пациентов психиатрической больницы. Как мы знаем, эксперимент завершился бойней, причиной которой Кётзи называет некоего Виктора. Речь идёт о Джоне Викторе?

Очередная встреча с Самсоном подтверждает версию нарративных дизайнеров, что душа несчастных, которые прошли обращение, раз за разом попадает в чудовищную оболочку, не имея возможности вырваться из этого адского круга мучений.

Поделись с друзьями!